Елена Штурнева (elena_shturneva) wrote,
Елена Штурнева
elena_shturneva

Когда-то она жила в Апатитах,

и мы по сей день считаем её своей.

Полина Беспрозванная
ТЕУДАТ-ОЛЕ [1]

ПОЛДЕНЬ В ИЕРУСАЛИМЕ
Тени короче, чем девичья память…
Здравствуй, чужая летняя осень,
грозных овец молчаливое стадо.
Грузных агав несуразные копья.

Хватит ли пороха все распатронить,
вещи собрать наугад и отчалить
чалой лошадкой по пегому склону?..



* * *
Любовь уже не пугает, а смерть – ещё.
Вернее, пугает, но так, на скорую руку,
мимоходом, не глядя в глаза...
Один – голубой, и иссиня-чёрный другой,
безлунный.



* * *
Господи, откуда и куда
гонишь бессловесные стада,
даже слёз им не даруя дара?
Не спрошу «зачем» и «почему» –
всё равно ответа не пойму,
но не удержусь – шепну: «Доколе?»
И ответ наотмашь получу.



* * *
Фиолетовое что-то распускается поодаль.
Бело-розовое нечто отцветает за углом.
Разноцветных девять кошек возле мусорного бака
(всяк по-своему прекрасна) чем-то заняты своим…

Я стою припёкой сбоку и смотрю на всё с досадой,
не большою, но досадой, весом, скажем, в полкило.
И слабо мне распуститься, и слабо заняться делом,
даже отцвести слабо.

А когда в рассоле мутном заблестит весёлый месяц –
не ломоть чарджуйской дыни, а солёный огурец,
заварю в зелёной чашке чай лимоново-имбирный
и неправильным глаголом обожгусь до хрипоты.



УЛЬПАН «МОРАША»[2]

Бесценному тренажеру духа
Нет. До ночных кошмаров не дошло.
Хотя не знаю, может, кто и бился
в конвульсиях, шепча: «Тифтах[3], тифтах».

Я не о том. О чём? О правоте
неправоты, предвзятости, упорства
(или упёртости?). Неважно. Не о том.

О чём же все-таки? Наверно, о чужом
наречье и наречьях. О личине
и личности, не сразу различимых,
скорее смешанных, как масло и вода.
О жизни, что всегда проходит мимо –
неуловимо и неумолимо…
Тода[4], Арье, тода.



* * *

О любви да о родине - тем не бывает иных…

Ю. Нешитов

О любви и о смерти…
О прочем не стоит. Хотя
и об этом, пожалуй, не стоит. Ну, разве что полушутя,
лёгким намеком, как искоса брошенным взглядом,
с привкусом явным вербального полураспада.



ПОЭТИЧЕСКИЙ ДИСКУРС
использовать культурные слои
вставать на цыпочки
тянуться к лавровишне...
ты говоришь, что ничего не вышло
я возражаю: вышло ничего



HOMO LOQUENS
О чём говорит камень? Да всё о том же – о жизни,
перемётной сумой шуршащей в сухой траве.

О чём говорит пиния? Да всё о том же – о смерти,
скачущей с ветку на ветку, сжигающей всё и вся.

О чём говорит кошка? Да всё о том же –
о молочных реках любви, текущих куда хотят.

О чём – под сосной, на камне – Homo бормочет loquens,
на кошку косясь с опаской?
Ни о чём. Ни о чём. Ни о чём...



* * *
Эти холмы вокруг – это такая радость!
Именины сердца – в любой сезон, в любую погоду.
Крутолобые, неторопливые... Стадо
молча бредет к водопою и дальше – к броду,
к Мёртвому морю на горизонте. И пахнет смертью
всё – до последней цветущей колючки чуть волглой шкуры,
до осколка кремня, блеснувшего в лунном свете,
до шальной, взрывающей воздух утренней суры.



* * *
в библейских корневых
хамсиновая ночь
иша[5], сатан[6], хивья[7]...
никто никак помочь
не может никому
…хивья, сатан, иша
поспешный спуск во тьму

минуту, так и быть,
помедли на краю
покуда ветер ловит хвост
той дольней музыки в раю



* * *
А. Б.
...сводящий счёты с плоскостью холста,
покуда не настала темнота
шабатняя, и голубой от белой
уже не отличишь...
А чёрная парит.
И дышит.
И с звездою говорит
на языке языческом Кибелы.


* * *
Посмеёмся с тобою вместе
над странной дрожью,
притяжением, страхом,
центростремлением плоти...
Короче, над этим скарбом,
не столько скорбным,
сколько ненужным
ввиду переправы скорой
в одиночку
через замёрзшую реку
на детских коньках-снегурках.



ГОРОД
он проникает в поры как лунный свет
как розмарина запах
запад восток неважно
теперь он мой
каменный ломаный небесный и золотой



* * *
нежно-серый
трамвайный жеребчик
мышиновожатый
на излёте зимы
по-над Яффо
в преддверье дождя
вероятно последнего в этом эоне
да пожалуй таким я еще не видала тебя
и ты нравишься заново мне
неуместный как слёзы на свадьбе

[1] теудат-оле (иврит) – удостоверение репатрианта.
[2] ульпан «Мораша» (иврит) – школа изучения иврита «Наследие».
[3] тифтах (иврит) – открой.
[4] тода (иврит) – спасибо.
[5] иша (иврит) – женщина.
[6] сатан (иврит) – сатана.
[7] хивья (арамейский) – змея.

«Иерусалимский журнал» 2013, №42
http://magazines.russ.ru/ier/2013/42/p6.html
Tags: "Иерусалимский журнал", Журнальный зал, Мурманские писатели и поэты, журнал, русская поэзия, ссылка
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments