Елена Штурнева (elena_shturneva) wrote,
Елена Штурнева
elena_shturneva

Дмитрий Ермолаев

Совсем недавно к Дню поэзии Кольского Заполярья Мурманское отделение союза писателей России
выпустило очень достойный поэтический сборник "Щедра Россия родниковым словом" (составитель Дмитрий Коржов).
Среди авторов - Дмитрий Ермолаев, стихи которого давно люблю.
Фото, правда, старое, но мне очень нравится.
И другого в журнале  dmitry_korzhov не нашлось, поэтому утащила то, что было.





* * *
Одежонка старая худа,
Лодочкою сложена ладошка:
"Дяденька, пожалуйста, подай
Сироте на хлебушек немножко".

Мелочью полученной звеня,
Надо же, удача-то какая,
Так и жжет глазенками меня -
Даст еще?.. Прогонит?.. Приласкает?..

Он стоит на храмовом дворе -
Маленький, замерзший, одинокий,
Ждет добра, не зная о добре,
Верует, не ведая о Боге.

Позабывшись, смотрит, как во сне
В небо над собою, а оттуда
Тихий, невечерний сходит снег -
Светлый вестник зреющего чуда.

Там, на невозможной высоте,
Теплится во тьме свечи огарок,
Ангел Божий крохе сироте
Мастерит, старается - подарок.

Сдвинув на нос толстые очки,
Протерев их тряпочкой от пыли,
День и ночь, без отдыха почти,
Он строгает, режет, сверлит, пилит.

На уставший мир, на белый храм,
Где живут печальные святые,
Падают опилки тут и там -
Чистые, небесные, густые.


НАКАНУНЕ
Ладаном пахнет подтаявший снег,
Теплятся свечками звезды, -
Горько и сладко вдыхать по весне
Скорби и радости воздух.

Пост завершается - скоро уже
Праздничный день Воскресенья -
В храме отдушина грешной душе,
Чающей в Боге спасенья.

Замерло сердце, почти не стучит -
Ныне Христа распинают...
В трапезной к Пасхе пекут куличи,
Плачут. Страстная!

С Н Е Г
Холодный снег накрыл лотки с горячим хлебом,
И хлебопеки вдруг застыли в забытьи
И смотрят ласково в распахнутое небо
И шепчут грустные признания свои.

*   *   *
Придёт череда испытаний, 
Настанет, полынно горька,
По капельке вера растает,
Туманом уйдёт в облака.

Безверья лихая кручина
Как тать подкрадётся, тиха,
Вскипит под ногами пучина,
Разверзнется бездна греха.

У кромки беды, на припае
Сломается времени лёд.
И - ангелы вдруг отступают,
И - бесы ведут хоровод.

Получишь за грех воздаянье,
Растопчешь и совесть, и честь,
Забудешь и имя, и званье
И скоро ль очнёшься - Бог весть.

Душа изнеможет в боренье, 
Падёт обессиленно плоть...
Исполнятся сроки - прощенье,
Прозренье дарует Господь.

Откроются дали иные,
И  путь к ним проляжет иной,
Лишь веруй - и будешь отныне
На тверди стоять неземной.

Россия, родная, веками
Сулят тебе недруги смерть - 
Воспрянь, обрети под ногами
Небесную дивную твердь.



СТАРИК
Забыл его фамилию и имя...
Вставали тучи в небе, как стена,
Вздыхал он: "Бесконечная война".
И наблюдал, прищурившись, за ними.
Потом сказал: "Здесь было много русских.
Юнаки. Настоящие бойцы".
Руин кровоточащие рубцы,
Разбитые дома, следы разрухи -
Село в горах на нас смотрело сиро,
Пугаясь свиста птиц, как свиста мин.
И я спросил: "Когда наступит мир?"
А он в ответ: "Пойми, не будет мира!"
Тут полыхнула молния на скалах,
Из хмурых туч послышался раскат
И - тучами - угрюмая тоска
Сгустилась вдруг в глазах его усталых...
Вода хлестала струями косыми,
По черепице крыш бабахал гром,
А он о сыне думал о своем -
Погибшем на войне, последнем сыне.

ПОСЛЕ СЛУЖБЫ
В храме посреди большого города
Сонный свет рассеивает мглу,
Все ушли, и сразу стало холодно,
Натоптали - грязно на полу.
Выбились на лоб седые волосы,
Ноет онемевшая спина,
Спеющим для скорой жатвы колосом
С тряпкой долу клонится она.

Дух переведёт да перекрестится,
Да вздохнёт о чём-то тяжело,
За порогом вьюга - вьётся, бесится,
Снега навалило, намело.

Там, снаружи, мир, распявший Истину,
От добра отрёкшийся для зла;
Здесь - Господь с иконы смотрит пристально,
Видит всё: и мысли, и дела.

Жизнь её, что тихо тает свечкою,
Радости,  и беды, и грехи.
Вымолить бы внуку веру крепкую!
Вымыла. Шаги слабы, легки...

Остановка дальняя, конечная.
Дом. Улыбка детская во сне.
Что приснилось, милая, сердечная?
Кто расскажет, кто ответит мне?

*   *   *
Никифор Фока по прозвищу
Белая смерть сарацинов,
Ведал ли ты, отправляясь
в победоносный поход,
Что каплями слёз-столетий,
отплакав, эпохи минут,
И комом к горлу подступит
две тысячи горький год.

Сменится полумесяцем
крест на святой Софии,
И на стенах Царьграда
встанет стеной трава.
Только на дальнем севере,
в дикой Руси – России
Истина будет теплиться
свечкой, едва-едва.

Носил власяницу на теле,
плоть усмирял постами,
Бога любил да родину
и ненавидел лесть.
Я теперь часто думаю –
если б ты жил с нами
Мы бы тебе понравились? –
такие, какие есть…

Зло на земле воинствует.
В небо отверсты двери.
Так суждено: от века
и до судного дня.
Спи государь ромеев,
спи ратоборец веры,
Пусть тебе снится прошлое,
синий Босфор и я.


ЛЕТИМ С ТЕЛОМ МАСЛОВА
Белый, лёгкий словно облака,
Самолёт готов растаять в небе.
Ящик с гробом вносим на руках,
Долго устанавливаем, крепим.

Сели кругом, словно у костра.
Холодно. Молчим. Глаза отводим.
Тот, кто здесь лежит, кто жил вчера –
Он и был – костра большого вроде.

Грел, светил, пока хватало сил,
Не берёг себя, забыв про старость,
До конца огня не погасил,
А теперь - зола одна осталась.

Эх, Семёныч! Годы коротки,
Книгу жизни горестно итожу:
Траурные ленточки, венки –
Так ли я хотел приехать в Сёмжу?!

Черной лентой темень на крыле,
Снег как смерть покоит сопки, реки -
Мчимся ввысь, чтоб прах вернуть земле…
Но душа останется. Навеки!

ПОМНЮ
Ночь погасила зорю позднюю,
Остыл дневной белградский жар,
Везу икону – сербам, в Боснию –
От мурманчан сердечный дар.

В иной стране, на автостанции,
У перепутья всех дорог
Себя не мыслим иностранцами
Ни я, ни Моисей-пророк.

Мы здесь свои, я слышу радостно,
Как гомонит окрестный люд:
- Икона, братцы! – Для Караджича?!
- Вот это русы! – Во дают!

И - вверх три пальца в знак приветствия,
И чую я душою всей –
На их страдания и бедствия,
Скорбя, взирает Моисей…

Свет фар во тьме, как рана рваная,
Мы мчим, не зная, что нас ждет,
Далёко Русь обетованная,
Но - Моисей
глядит вперёд.

*   *   *
Радуга пала на сердце
После косого дождя.
Всё будет к лучшему, верьте,
Ведь по-иному - нельзя.

Жизнь переменит погоду,
Смерть остановит отсчёт,
И от земли к небосводу
Радость рекой потечёт.

Будет и бой, и победа,
И не угасят, храня,
Люди - душевного света,
Вещие строки - огня.

 ("Щедра Россия родниковым словом". Мурманск, 2012, С.65-72)
Tags: Мурманские писатели и поэты, любимое, русская поэзия
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment